MD, Cand. Sci. (Medicine), Assistant Professor
канд. мед. наук, доцент
MD, Cand. Sci. (Medicine), Assistant Professor
The World Health Organization has repeatedly documented the need to protect healthcare workers, and the outbreak of the novel COVID-19 infection has demonstrated the importance of staff in healthcare organizations during emergencies.
Owing to their professional duties, employees of the forensic medical examination bureau conduct autopsies of the dead, collect biological material for research, and examine victims, accused individuals, and other persons in accordance with the directions and decisions of law enforcement agencies. During work, it is not always possible to determine whether the personnel of a medical organization had contact with infected persons or materials. In this regard, many countries, including Russia, have prepared additional measures, such as additional payments, to protect healthcare personnel. Norms have been developed and implemented to ensure payments in case of infection of employees of medical organizations. This issue is critical in the event of the death of an employee, because of the fact that the family of the deceased may not receive payments if the connection between the death of the employee and his professional activity is not established.
To illustrate the point, this article presents a case of a claim for a lump sum from the wife of a forensic medical expert who, shortly before his death, in the course of his official duties, had examined the corpse of a woman who had died of chronic heart failure exacerbated by a severe viral infection in the emergency room of a central district hospital. The regional department of the Social Insurance Fund of the Russian Federation, the Centre for Occupational Pathology, and the forensic medical examination bureau did not consider the outcome of the expert’s illness as occupational. However, the court, having studied the case materials in the context of the current legislative framework, declared the conclusion of the medical commissions invalid and established that the medical worker’s death was caused by infection with a new coronavirus infection (COVID-19) in the performance of his labor duties.
Всемирная организация здравоохранения в своих документах неоднократно указывала на необходимость защиты работников сферы здравоохранения, а вспышка новой коронавирусной инфекции COVID-19 продемонстрировала значимость персонала медицинских организаций в условиях чрезвычайных ситуаций.
Работники бюро судебно-медицинской экспертизы в силу своих профессиональных обязанностей проводят вскрытие погибших и умерших, исследование биологического материала, а также освидетельствование потерпевших, обвиняемых и других лиц по направлениям и постановлениям правоохранительных органов. При работе не всегда можно выявить, был ли контакт персонала медицинской организации с инфицированными лицами или материалами. В этой связи многие страны, включая Российскую Федерацию, подготовили для защиты персонала отрасли здравоохранения дополнительные меры ― систему дополнительных выплат. Были разработаны и реализованы нормы, обеспечивающие порядок выплат при заражении работников медицинских организаций. Данный вопрос имеет большое значение при гибели работника, поскольку семья погибшего сталкивается с проблемой получения выплат, если не будет установлена связь смерти работника с его профессиональной деятельностью.
Для наглядности в статье приведён случай искового заявления на получение единовременной страховой суммы от жены судебно-медицинского эксперта, который незадолго до смерти, выполняя свои должностные обязанности, проводил в приёмном покое центральной районной больницы осмотр трупа женщины, скончавшейся от хронической сердечной недостаточности, обострившейся в результате тяжёлой вирусной инфекции. Региональным отделом Фонда социального страхования Российской Федерации, Центром профессиональной патологии, а также бюро судебно-медицинской экспертизы исход заболевания эксперта не был расценён как профессиональный. Однако суд, изучив материалы дела в контексте действующей законодательной базы, заключение врачебных комиссий признал недействительным, а факт смерти медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) при исполнении им трудовых обязанностей ― установленным.
世界卫生组织已多次记录了保护医疗保健人员的必要性，而新型冠状病毒（COVID-19）的暴发也表明了医疗机构工作人员在紧急情况下的重要性。
法医鉴定局人员根据其专业职责对死者进行尸检，检查生物材料，并根据执法机构的转介和命令对受害者、被告和其他人进行检查。并不总是能够确定医疗机构人员是否接触过受感染的人或材料。在这方面，为了保护医疗保健人员，许多国家（包括俄罗斯联邦）都制定了额外措施，即额外付款制度。已经制定并实施了相关规范，以确保医疗机构人员受到感染时得到补偿的程序。这个问题在人员死亡时非常重要，因为如果不能确定人员的死亡与其职业活动有关，死者家属就会面临得到补偿金的问题。
为了说明这一点，文章介绍了一位法医专家的妻子要求一次性赔偿的案例，该专家在去世前不久，在执行公务过程中在中心区医院急诊室检查了一位妇女的尸体，该妇女是因严重病毒感染导致慢性心力衰竭增重而死亡的。俄罗斯联邦社会保险基金地区部门、职业病理学中心和法医鉴定局均认为该专家的病症不属于职业病。然而，法院在现行法律框架内研究了案件材料后，宣布医疗委员会的结论无效，并查明了医务工作者在履行工作职责时因感染新型冠状病毒（COVID-19）而死亡的事实。